Маленький тракторист. Так можно сказать о Льве Федоровиче Пичурине во время Великой Отечественной войны. Родился он 18 декабря 1927 года в Ленинграде в семье Фёдора Дмитриевича и Веры Давыдовны Пичуриных. Отец занимал ряд постов в партийных органах, руководил крупными промышленными предприятиями Екатеринбурга и Ленинграда. В 1935 после убийства Сергея Кирова, был репрессирован, а мать и маленького Леву выслали в село Каракулино в Удмуртию. Здесь Лев Фёдорович и прожил годы войны. День накануне войны помнит практически поминутно.
«21 июня нам вручили табель об окончании шести классов. За каждый год были переводные экзамены, и нас как раз поздравили с переходом в седьмой класс. Отдыхайте, дети, весь июль ваш, весь август, 1 сентября придете в школу. Я пошел мух ловить в буквальном смысле слова. В реке Каме, на которой стоит село Каракулино, водится рыбка вроде кильки, только очень жирная. Ловится она на нулевку, это такой крючок, а насадкой служит муха. И вот, я с вечера наловил полный спичечный коробок мух. А утром, часов в 4-5, отплыл рыбачить, была у меня небольшая лодочка. Вернулся часов в 12, и было уже другое село. Речь Молотова уже передали. Бабы все плачут, мужики около военкомата. Одно было желание - раздавить фашистов. А мы, конечно, считали, что нам-то не достанется. Я 1927 года рождения, а ребята из моего класса, кто родился в 1926 году, уходили на фронт и не вернулись оттуда»,
– вспоминает сегодня Лев Федорович Пичурин.
Мало кто тогда понимал насколько все серьезно, а подростки и подавно. Лев Федорович рассказывает, что вместе с другими ребятами они рассчитывали расстояние от Минска до Берлина и возможную скорость различных воинских частей. Предполагая, таким образом, что скоро победоносная Красная Армия будет в Берлине. Никто и не представлял, что сначала немцы дойдут до Сталинграда...
Очень быстро дети и подростки заменили мужчин в колхозах. Все лето они работали на полях.
«Война войной, а полоть-то некому. На трактор-то садиться некому. Я поступил на курсы трактористов. Преподавала главный инженер машинно-тракторной станции, очень образованная женщина. Была очень требовательная, обращалась с нами как со взрослыми. И до деталей обучила нас работе на двух основных тракторах - СТЗ, Сталинградский тракторный завод, и ХТЗ, Харьковский тракторный завод. И вот наш тракторный отряд - четыре трактора, четыре крепкие здоровые девчонки 18-19 лет, у которых женихи ушли на фронт. И четверо пацанов. Я был немножко избалованный, интеллигентный ребенок. Маленький, худенький был. Наш бригадир, он вернулся с фронта без правой руки видел, что у меня не хватит сил повернуть рычаг. Как это, говорил, трактор завести не можете? Ладно, сейчас я тебе заведу... И заводил. Садись, говорил, Лева, поезжай, посмотрим, как у тебя получится»,
– рассказывает Лев Федорович.
Работать приходилось 16 часов в сутки. Домой приходили уставшие, грязные, голодные. Хотя в колхозе кормили, но есть хотелось всегда, вспоминает наш герой.
«Кормили скверно, но чем-то кормили все-таки. Мы в поле жили, нам давали хлеба. А в качестве горячего блюда из гороховой крупы делалась так называемая завариха. Горох смололи в муку, наша повариха высыпала эту муку в ведро, выливала туда кипятка, добавляла соли, кипятила все это на костре и наливала каждому по миске. Я не мог этого есть... Огурцы, правда, давали, огурцы я ел с удовольствием»,
– вспоминает Лев Федорович.
Подростки в годы войны получали оплату наравне со взрослыми. В день юному Льву за работу в поле выписывалось полтора трудодня, которые потом пересчитывались на зерно – 3 кг за один трудодень. В итоге он за лето обеспечивал маму и себя хлебом на всю зиму. Хотелось сладкого, как и другим детям. Но об этом не могло быть и речи.
Война продолжалась, в селе жили только старики, женщины и дети. Перебивались, как могли. Благодаря семье Пичуриных, жители Каракулина начали выращивать помидоры - культуру, которая ранее была несвойственна для этих мест. Как рассказывает Лев Федорович, семена прислал их дальний родственник, он же объяснил, как за ними ухаживать.
«В это время в конце в наше Каракулино приехал из Белостока лагерь. Кто скомандовал, распорядился, чтобы нашли машины, усадили всех детей и быстро увезли? После долгих скитаний лагерь оказался в Каракулино. Одно из школьных зданий отдали для этих детей. Они были все усталые, измученные, худые, в пути попадали под бомбежку... Учиться ходили в нашу школу. Никто из них не знал русского. В лучшем случае знали белорусский, еврейский, польский. Посадили их в наш класс, взрослые, видимо, решили, что дети сами между собой договорятся. Я узнал, что питаются они скверно. И с нашего огорода таскал им помидоры»,
– рассказывает Лев Федорович.
В сороковые детям приходилось не только на заводах и в колхозах работать, но и за домом следить. По словам нашего героя, иногда и спать было некогда: дрова наруби, воду натаскай, за печью следи, летом огород, а еще нужно было ухаживать за домашними животными.
«Маме, как бухгалтеру, дали квартиру. Ну это была комната, в углу стояла печь, диванчик, тут же жила коза, давала молоко. Очень меня любила. Поросенок был в подвале. Я уходил в школу, закрывал его, а он вырывался, ему было без меня скучно. Я уже почти всю дорогу прошел и вижу его, бежит, довольный»,
– вспоминает Лев Федорович.
Бывало, что приходилось ездить в лес за дровами для школы. Однажды на мальчика Льва и его учителя математики чуть не напали волку.
«У нас очень красивый лес был на другой стороне Камы. Мы с учителем математики поехали туда за дровами. В школе холодно было, дрова то привезут, то не привезут. Мы нарубили немного и собрались обратно. И тут волки. Ух, страшно! Старик - учитель математики и я, мальчишка, ни оружия, ничего. Как наши лошади побежали... Я, наверное, так больше никогда не боялся»,
– рассказывает Лев Федорович.
Вспоминается из военного детства и что-то хорошее. Например, как пели вместе с мамой песни, возвращаясь домой. Или как играли с ребятами в перышки", была тогда такая популярная игра.
В обычной школе Лев учился до девятого класса, затем был принят в среднюю специальную артиллерийскую школу. После её окончания поступил в Смоленское артучилище, расквартированное тогда в Ижевске. Здесь он встретил День Победы
«8 мая мы легли спать, с тоской думая, что завтра нам сдавать зачет по геологии и минералогии. В три часа ночи труба: подъем, тревога! Бежим к шкафчикам, хватаю свой карабин и на плац. На плацу все наши офицеры. Выходит директор: "Товарищи офицеры, товарищи преподаватели. Только что московское радио передало: Победа!" Спать никто не пошел. А часов в 10 примерно была демонстрация. В Ижевске не было воинских частей, были огромные заводы. Кому идти на демонстрацию? Ну мы почистили ботиночки и идем, мальчишки совсем. А женщины бросают нам цветы... Я думаю: кому? Мы ведь ничего не сделали. А наша учительница по геологии и минералогии поставила нам всем по пятерке и поздравила с Днем Победы!»
Другие истории "Детей войны" можно найти на странице проекта на нашем сайте.
