"Люди умирали ежедневно": стали известны секретные факты о томском Острове смерти
Весной 1933 года на севере Томская область, среди холодных вод Оби, появился импровизированный лагерь под открытым небом. Без бараков и складов, без запасов продовольствия, без медицинской помощи. Небольшой остров у села Назино стал местом, где за несколько недель погибли тысячи людей. Их не судили, не приговаривали к расстрелу. Их просто вывезли и оставили на произвол судьбы.
Эта история долгое время оставалась под грифом секретности, но ее раскрытие не оставило равнодушным всю страну.
Страшная эпоха
Начало 1930-х — время масштабных социальных экспериментов. В условиях индустриализации и коллективизации руководство страны стремилось очистить крупные города от "социально чуждых элементов". Органы ОГПУ проводили массовые рейды: задерживали нищих, безработных, бывших кулаков, людей без прописки. Нередко под горячую руку попадали и те, кто просто не имел при себе документов.
Тысячи человек отправляли этапами в Сибирь, чтобы осваивать новые земли, работать на лесозаготовках и создавать спецпоселения. На бумаге все выглядело как продуманная программа переселения. На практике вся задумка оказалась сомнительной авантюрой, где человеческая жизнь не имела большого веса.
В мае 1933 года более шести тысяч человек погрузили на баржи и отправили вниз по Оби. Конечным пунктом стал безымянный тогда остров у села Назино.
Высадка в никуда
Остров представлял собой узкую, затопляемую во время половодья полоску земли длиной около трех километров, а шириной и вовсе пару сотен метров. Ни построек, ни складов, ни заготовленных припасов. Людей просто высадили на берег и оставили под охраной нескольких десятков вооружённых конвоиров.
Все что было у людей из продовольствия — это немного муки, по разным данным, несколько сотен граммов на человека. Переселенцы разводили муку речной водой прямо в одежде и пили эту сырую болтушку. Тогда начались массовые заболевания: дизентерия, истощение, лихорадка. Люди начали умирать уже в первые дни.
Анархия
Охрана состояла из нескольких десятков конвоиров. Контролировать тысячи изможденных, отчаявшихся людей они не могли. Среди переселенцев были реальные преступники, которые быстро организовали бандитские группы и начали отбирать еду у слабых.
Свидетельства, зафиксированные позже в докладах, рисуют картину полной анархии: избиения, убийства и грабежи. Люди умирали ежедневно: от голода, болезней, переохлаждения. Тела часто не успевали хоронить.
Отчаяние доводило до крайностей. В материалах внутреннего расследования упоминаются случаи каннибализма. Некоторые выжившие рассказывали, что боялись засыпать рядом с незнакомыми людьми. Остров, изначально задуманный как транзитный пункт, превратился в территорию страха.
Попытки бегства и новые потери
Часть людей пыталась переправиться через Обь вплавь или на самодельных плотах. Ледяная вода и сильное течение уносили их. Некоторых задерживали и возвращали обратно. Были случаи расстрелов при попытке бегства.
Когда масштабы смертности стали очевидны, власти начали эвакуацию оставшихся в живых. Их распределили по спецпоселкам Нарымского края, но многие были настолько истощены, что умирали уже после вывоза с острова.
По оценкам историков, за несколько недель на Назино погибли несколько тысяч человек. Точные цифры варьируются, ведь учет велся хаотично, а сами данные долгое время скрывались.
Десятилетия секретности
Во многом нам известна данная трагедия благодаря докладу инструктора Нарымского окружкома Василия Величко. Он провел проверку и описал происходящее в деталях: отсутствие продовольствия, неорганизованность снабжения, насилие, случаи людоедства. Документ был направлен в Москву и вызвал служебное расследование.
Некоторые должностные лица получили взыскания, часть была осуждена. Однако сама система спецпереселений продолжила существовать. Трагедия Назино стала "неудобным эпизодом", о котором предпочли забыть.
Лишь в конце 1980-х годов, во время перестройки, архивные материалы стали доступны исследователям. Публикации вызвали широкий резонанс и тогда Назино получило свое страшное имя — "Остров смерти". В 1993 году на месте трагедии был установлен шестиметровый крест.
Сегодня этот остров выглядит тихим и безмолвным, но для региона и для всей страны это место стало символом того, как административная ошибка, помноженная на идеологическую жесткость и равнодушие, привела к самому настоящему кошмару.